Алексей ЧАДАЕВ об отечественном ВПК и о том, почему всё лучшее для фронта делается не "благодаря", а "вопреки".
"Одна из невидимых глазу внешнего наблюдателя, но драматичных битв текущего момента -- это попытка втиснуть производителей дронов для армии в рамки стандартного Гособоронзаказа, по которому работает весь остальной ВПК. "Мы все умрём!" -- вопят производители. "Таков путь" -- отвечает им Система.
Я не буду вдаваться в детали аргументации сторон -- оставим это для Очень Важных Совещаний. Но, пользуясь моментом, немного расскажу об архитектуре ГОЗ как такового. Из этого будет понятно многое -- в том числе, например, и то, почему наш ВПК многие годы плодил "аналоговнеты", но оказался в эпоху СВО крайне малопригоден и к реальным военным инновациям, и к массовому дешёвому производству наиболее востребованных на фронте изделий. Настолько, что Минобороны пришлось начиная с 2022-го свыше 20% закупок (включая всё беспилотие) пускать буквально мимо ГОЗа, по наскоро придуманным сумрачным гением ЗМО Криворучко обходным схемам. Схемы эти сейчас не критикует только ленивый (и в целом по делу), но если б не они, войну мы проиграли бы уже в 23-м.
Основополагающий документ Гособоронзаказа -- это закон №275-ФЗ, вступивший в силу в декабре 2012 (!) года. С тех пор его латали-перелатывали, я насчитал 32 (!!!) отдельных закона о внесении изменений и дополнений в закон о ГОЗ, две трети из которых были приняты уже в 2020-е; но в своей базовой логике он остался именно таким, каким был принят 14 лет назад. И для того, чтобы понять эту логику, необязательно вчитываться в сам закон (хотя я его, кажется, уже наизусть помню) -- достаточно вспомнить, какие задачи решала страна (и, в частности, законодатель) в 2011-2012 годах.
Министром обороны, напомню, был тогда всё ещё Сердюков (уволен как раз в ноябре 12-го). С его стороны основными "проектировщиками" и согласователями закона был дамский коллектив во главе с незабвенной мадам Васильевой (конкретно ГОЗом занималась тогда Дарья Морозова во главе одноименного департамента). Кроме того, в те годы ударными темпами строился Ростех (создан как раз в 2007-м, одновременно с приходом Сердюкова), в который собирались прежде разрозненные предприятия старосоветского ВПК, и второй стороной проектирования стал его тогдашний топ-менеджмент.
За что боролись? Приоритеты были такие. Во-первых, максимально оптимизировать и по возможности уменьшить расходы государства на разработку, производство и закупку оружия (мы же не воевать собирались, а олимпиаду в Сочи проводить). Но при этом -- максимально сохранить кадры военных производств и уровень оплаты труда: это было важно политически -- напомню, какую роль сыграл Уралвагонзавод в драматичных событиях зимы 2011/12, и фамилию Холманских. Ну и в целом, ВПК -- это ведь ещё и естественный резервуар голосов за кого надо когда надо. Ещё всячески боролись с "перекупами" (привилегированными поставщиками, которые знают входы-выходы и продают втридорога в МО то, что сами покупают по дешёвке). А ещё уже тогда вовсю занимались так называемым "импортозамещением" -- чтобы мотивировать производителей делать самим то, что они привыкли покупать на стороне.
В итоге наиболее проработанным элементом ГОЗ стало что? Правильно: методика расчёта цены. Её базовая логика -- по Марксу: капитал это овеществлённый труд. Проще говоря: конечный поставщик мало того, что жёстко ограничен в норме прибыли, он ещё и прибыль эту может формировать только в качестве наценки за нормо-часы работы своих сотрудников.
Проще говоря: ты купил разных железок, проводов, пластика и т.д., и сделал из всего этого, например, танк. Так вот: всё это в конечной структуре стоимости должно обходиться государству ровно во столько, во сколько ты сам это закупил (не более 1% наценки). Но при этом ты можешь накручивать до 25% сверху за работу своего коллектива по превращению в танк всей этой груды материалов. Однако тут тоже есть ограничения: зарплаты у тебя должны быть "средними по отрасли" (берётся из статистики